Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава

В отношении дисциплины армии, беспрестанно выдавались приказы о серьезных взысканиях за неисполнение долга службы и о прекращении грабежа.

X

Но странноватое дело, все эти распоряжения, заботы и планы, бывшие совсем не ужаснее других, издаваемых в схожих же случаях, не затрогивали сути дела, а, как стрелки циферблата в часах, отделенного от механизма, крутились Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава произвольно и бесцельно, не захватывая колес.

В военном отношении, превосходный план кампании, про который Тьер гласит: que son génie n'avait jamais rien imaginé de plus profond, de plus habile et de plus admirable[61] и относительно которого Тьер, вступая в полемику с г-м Феном, обосновывает*, что Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава составление этого превосходного плана должно быть отнесено не к 4-му, а к 15-му октября, план этот никогда не был и не мог быть исполнен, так как ничего не имел близкого к реальности. Укрепление Кремля, для которого было надо срыть la Mosquée[62] (так Наполеон именовал церковь Василия Блаженного Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава), оказалось совсем никчемным. Подведение мин под Кремлем только способствовало выполнению желания правителя при выходе из Москвы, чтоб Кремль был взорван, другими словами чтоб был побит тот пол, о который убился ребенок. Преследование российской армии, которое так озабочивало Наполеона, представило невиданное явление. Французские полководцы утратили шестидесятитысячную русскую армию, и только Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, по словам Тьера, искусству и, кажется, тоже гениальности Мюрата удалось отыскать, как булавку, эту шестидесятитысячную русскую армию.

В дипломатичном отношении, все резоны Наполеона о собственном благородстве и справедливости, и перед Тутолминым, и перед Яковлевым, озабоченным в большей степени приобретением шинели и повозки, оказались никчемны: Александр не принял этих послов и не Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава отвечал на их посольство.

В отношении юридическом, после экзекуции надуманных поджигателей сгорела другая половина Москвы.

В отношении административном, учреждение муниципалитета не приостановило грабежа и принесло только пользу неким лицам, участвовавшим в этом муниципалитете и, под предлогом соблюдения порядка, грабившим Москву либо сохранявшим свое от грабежа.

В отношении Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава религиозном, так просто устроенное в Египте дело средством посещения мечети*, тут не принесло никаких результатов. Два либо три священника, отысканные в Москве, попробовали исполнить волю Наполеона, но 1-го из их по щекам прибил французский боец во время службы, а про другого доносил последующее французский бюрократ: «Le prêtre, que j'avais Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава découvert et invité à recommencer à dire la messe, a nettoyé et lermé l'église. Cette nuit on est venu de nouveau enfoncer les portes, casser les cadenas, déchirer les livres et commettre d'autres désordres»[63].

В торговом отношении, на провозглашение трудолюбивым ремесленникам и всем крестьянам не последовало никакого Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава ответа. Трудолюбивых ремесленников не было, а фермеры ловили тех комиссаров, которые очень далековато заезжали с этим провозглашением, и убивали их.

В отношении увеселений народа и войска театрами, дело точно так же не удалось. Учрежденные в Кремле и в доме Познякова* театры тотчас же закрылись, так как ограбили актрис и Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава актеров.

Благотворительность и та не принесла хотимых результатов. Липовые ассигнации и нефальшивые заполняли Москву и не имели цены. Для французов, собиравших добычу, необходимо было только золото. Не только лишь липовые ассигнации, которые Наполеон так милостиво раздавал злосчастным, не имели цены, но серебро отдавалось ниже собственной цены за золото.

Но Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава самое поразительное явление недействительности высших распоряжений в то время было старание Наполеона приостановить грабежи и вернуть дисциплину.

Вот что доносили чины армии.

«Грабежи длятся в городке, невзирая на веление закончить их. Порядок еще не восстановлен, и нет ни 1-го негоцианта, отправляющего торговлю легитимным образом. Только маркитанты Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава позволяют для себя продавать, ну и то награбленные вещи».

«La partie de mon arrondissement continue à être en proie au pillage des soldats du 3 corps, qui, non contents d'arracher aux malheureux réfugiés dans des souterrains le peu qui leur reste, ont même la férocité de les blesser à coups Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава de sabre, comme j'en ai vu plusieurs exemples».

«Rien de nouveau outre que les soldats se permettent de voler et de piller. Le 9 octobre».

«Le vol et le pillage continuent. Il y a une bande de voleurs dans notre district qu'il faudra faire arrêter par Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава de lortes gardes. Le 11 octobre»[64].

«Император очень недоволен, что, невзирая на строгие повеления приостановить грабеж, только и видны отряды гвардейских мародеров, возвращающиеся в Кремль. В старенькой гвардии кавардаки и грабеж посильнее, ежели когда-либо, возобновились вчера, в последнюю ночь и сейчас. С соболезнованием лицезреет правитель, что отборные бойцы, назначенные Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава охранять его особу, долженствующие подавать пример подчиненности, до таковой степени простирают ослушание, что разбивают погреба и магазины, заготовленные для армии. Другие унизились до того, что не слушали часовых и караульных офицеров, ругали их и били».

«Le grand maréchal du palais se plaint vivement, — писал губернатор, — que malgr Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 главаé les défenses réitérées, les soldats continuent à faire leurs besoins dans toutes les cours et même jusque sous les fenêtres de l'Empereur»[65].

Войско это, как распущенное стадо, топча под ногами тот корм, который мог бы спасти его от голодной погибели, распадалось и погибало с Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава каждым деньком излишнего пребывания в Москве.

Но оно не двигалось.

Оно побежало только тогда, когда его вдруг окутал панический ужас, произведенный перехватами обозов по Смоленской дороге и Тарутинским схваткой. Это самое весть о Тарутинском сражении, внезапно на смотру приобретенное Наполеоном, вызвало в нем желание наказать российских, как гласит Тьер Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава*, и он дал приказание о выступлении, которого добивалось все войско.

Убегая из Москвы, люди этого войска захватили с собой все, что было награблено. Наполеон тоже увозил с собой собственный свой trésor[66]. Увидав обоз, загромождавший армию, Наполеон испугался (как гласит Тьер). Но он, с собственной опытностью войны, не Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава повелел спалить все излишние повозки, как он это сделал с повозками маршала, подходя к Москве, но он поглядел на эти коляски и кареты, в каких ехали бойцы, и произнес, что это прекрасно, что экипажи эти употребятся для провианта, нездоровых и покалеченых.

Положение всего войска было подобно положению раненого животного, чувствующего Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава свою смерть и не знающего, что оно делает. Учить качественные маневры Наполеона и его войска и его цели со времени вступления в Москву и до поражения этого войска — все равно, что учить значение предсмертных прыжков и судорог смертельно раненного животного. Очень нередко раненое животное, заслышав шорох, кидается на Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава выстрел на охотника, бежит вперед, вспять и само ускоряет собственный конец. То же самое делал Наполеон под давлением всего его войска. Шорох Тарутинского схватки спугнул зверька, а он ринулся вперед на выстрел, добежал до охотника, возвратился вспять, снова вперед, снова вспять и, в конце концов, как всякий зверек Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, побежал вспять, по самому нерентабельному, небезопасному пути, но по знакомому, старенькому следу.

Наполеон, представляющийся нам управляющим всего этого движения (как одичавшим представлялась фигура, вырезанная на носу корабля, силою, руководящею корабль), Наполеон во все это время собственной деятельности был подобен ребенку, который, держась за тесемочки, привязанные снутри кареты, представляет, что Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава он правит.

XI

6-го октября, рано днем, Пьер вышел из балагана и, возвратившись вспять, тормознул у двери, играя с длинноватой, на маленьких кривых ножках, фиолетовой собачонкой, вертевшейся около него. Собачонка эта жила у их в балагане, ночуя с Каратаевым, но время от времени прогуливалась куда-то в город и снова ворачивалась Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава. Она, возможно, никогда никому не принадлежала, и сейчас она была ничья и не имела никакого наименования. Французы звали ее Азор, солдат-сказочник звал ее Фемгалкой, Каратаев и другие звали ее Сероватый, время от времени Вислый. Непринадлежание ее никому и отсутствие имени и даже породы, даже определенного цвета, казалось, нисколечко не Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава затрудняло фиолетовую собачонку. Пушной хвост панашем твердо и кругло стоял наверх, кривые ноги служили ей так отлично, что нередко она, вроде бы пренебрегая употреблением всех 4 ног, поднимала грациозно одну заднюю и очень ловко и скоро бежала на 3-х лапах. Все для нее было предметом наслаждения. То, взвизгивая Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава от радости, она валялась на спине, то нагревалась на солнце с задумчивым и значимым видом, то резвилась, играя с щепкой либо соломинкой.

Облачение Пьера сейчас состояло из грязной продранной рубахи, единственном остатке его прежнего платьица, солдатских порток, завязанных для тепла веревочками на щиколках по совету Каратаева, из кафтана и мужицкой шапки. Пьер Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава очень поменялся на физическом уровне в эго время. Он не казался уже толст, хотя и имел все тот же вид крупности и силы, наследной в их породе. Борода и усы обросли нижнюю часть лица; отросшие, перепутанные волосы на голове, заполненные вшами, курчавились сейчас шапкою. Выражение глаз было Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава жесткое, спокойное и оживленно-готовое, такое, какого никогда не имел до этого взор Пьера. Прежняя его распущенность, выражавшаяся и во взоре, заменилась сейчас энергической, готовой на деятельность и отпор — подобранностью. Ноги его были босоногие.

Пьер смотрел то вниз по полю, по которому в сегодняшнее утро разъездились повозки и верховые Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, то вдаль за реку, то на собачонку, притворявшуюся, что она не на шуточку желает укусить его, то на свои босоногие ноги, которые он с наслаждением переставлял в разные положения, пошевеливая запятанными, толстыми, большенными пальцами. И каждый раз, как он взглядывал на свои босоногие ноги, на лице его пробегала Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава ухмылка оживления и самодовольства. Вид этих босоногих ног напоминал ему все то, что он пережил и сообразил за этот период времени, и воспоминание это было ему приятно.

Погода уже некоторое количество дней стояла тихая, ясная, с легкими заморозками по утрам — так называемое бабье лето.

В воздухе, на солнце, было Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава тепло, и тепло это с крепительной свежестью утреннего заморозка, еще чувствовавшегося в воздухе, было в особенности приятно.

На всем, и на далеких и на ближних предметах, лежал тот волшебно-хрустальный сияние, который бывает исключительно в эту пору озари. Вдали показывались Воробьевы горы, с деревнею, церковью и огромным белоснежным домом. И обнаженные деревья Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, и песок, и камешки, и крыши домов, и зеленоватый шпиль церкви, и углы далекого белоснежного дома — все это неестественно-отчетливо, тончайшими линиями вырезалось в прозрачном воздухе. Поблизости показывались знакомые развалины полуобгорелого барского дома, занимаемого французами, с зелеными еще кустиками сирени, росшими по ограде. И даже этот разваленный и загаженный Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава дом, отталкивающий своим бесчинством в облачную погоду, сейчас, в ярчайшем, недвижном блеске, казался кое-чем успокоительно-прекрасным.

Французский капрал, по-домашнему расспахнутый, в колпаке, с короткой трубкой в зубах, вышел из-за угла балагана и, дружественно подмигнув, подошел к Пьеру.

— Quel soleil, hein, monsieur Kiril? (так звали Пьера Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава все французы). On dirait le printemps[67]. — И капрал прислонился к двери и предложил Пьеру трубку, невзирая на то, что всегда он ее предлагал и всегда Пьер отрешался.

— Si l'on marchait par un temps comme celui-là…[68]— начал он.

Пьер расспросил его, что слышно о выступлении, и капрал поведал Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, что практически все войска выступают и что сегодня должен быть приказ и о пленных. В балагане, в каком был Пьер, один из боец, Соколов, был при погибели болен, и Пьер произнес капралу, что нужно распорядиться этим бойцом. Капрал произнес, что Пьер может быть спокоен, что на это есть подвижной Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава и неизменный лазареты, и что о нездоровых будет распоряжение, и что вообщем все, что только может случиться, все предусмотрено начальством.

— Et puis, monsieur Kiril, vous n'avez qu'à dire un mot au capitaine, vous savez. Oh, c'est un… qui n'oublie jamais rien. Dites au capitaine quand il Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава fera sa tournée, il fera tout pour vous…[69].

Капитан, про которого гласил капрал, почасту и длительно дискутировал с Пьером и оказывал ему всякого рода снисхождения.

— Vois-tu, St. Thomas, qu'il me disait l'autre jour: Kiril c'est un homme qui a de l'instruction, qui parle français Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава; c'est un seigneur russe, qui a eu des malheurs, mais c'est un homme. Et il s'y entend le… S'il demande quelque chose, qu'il me dise, il n'y a pas de refus. Quand on a fait ses études, voyez vous, on aime l'instruction Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава et les gens comme il faut. C'est pour vous, que je dis cela, monsieur Kiril. Dans l'affaire de l'autre jour si ce n'était grâce à vous, ça aurait fini mal[70].

И, поболтав еще несколько времени, капрал ушел. (Дело, происшедшее накануне, о котором упоминал капрал, была Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава стычка меж пленными и французами, в какой Пьеру удалось усмирить собственных товарищей.) Несколько человек пленных слушали разговор Пьера с капралом и тотчас же стали спрашивать, что он произнес. В то время как Пьер говорил своим товарищам то, что капрал произнес о выступлении, к двери балагана подошел худощавый, желтоватый Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава и оборванный французский боец. Резвым и застенчивым движением приподняв пальцы ко лбу в символ поклона, он обратился к Пьеру и спросил его, в этом ли балагане боец Platoche, которому он дал шить рубашку.

С неделю тому вспять французы получили сапожный продукт и полотно и роздали шить сапоги и рубашки Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава пленным бойцам.

— Готово, готово, соколик! — произнес Каратаев, выходя с аккуратненько сложенной рубашкой.

Каратаев, по случаю тепла и для удобства работы, был в одних портках и в темной, как земля, продранной рубахе. Волоса его, как это делают мастеровые, были обвязаны мочалочкой, и круглое лицо его казалось еще круглее и миловиднее Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава.

— Уговорец — делу родной братец. Как произнес к пятнице, так и поступил, — гласил Платон, улыбаясь и развертывая сшитую им рубаху.

Француз неспокойно обернулся и, будто бы преодолев колебание, стремительно сбросил мундир и надел рубашку. Под мундиром на французе не было рубашки, а на нагое, желтоватое, худенькое тело был надет длиннющий, засаленный Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, шелковый с цветочками жилет. Француз, видимо, страшился, чтоб пленные, смотревшие на него, не засмеялись, и поспешна засунул голову в рубаху. Никто из пленных не произнес ни слова.

— Вишь, в самый раз, — приговаривал Платон, обдергивая рубашку. Француз, просунув голову и руки, не поднимая глаз, оглядывал на для себя рубаху Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава и рассматривал шов.

— Что ж, соколик, ведь это не швальня*, и струмента реального нет; а сказано: без снасти и вша не убьешь, — гласил Платон, кругло улыбаясь и, видимо, сам радуясь на свою работу.

— C'est bien, c'est bien, merci, mais vous devez avoir de la toile de reste Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава?[71] — произнес француз.

— Она еще ладнее будет, как ты на тело-то наденешь, — гласил Каратаев, продолжая ликовать на свое произведение. — Вот и отлично и приятно будет.

— Merci, merci, mon vieux, le reste?.. — повторят француз, улыбаясь, и, достав ассигнацию, отдал Каратаеву, — mais le reste…[72].

Пьер лицезрел, что Платон не Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава желал осознавать того, что гласил француз, и, не вмешиваясь, смотрел на их. Каратаев поблагодарил за средства и продолжал наслаждаться своею работой. Француз настаивал на остатках и попросил Пьера перевести то, что он гласил.

— На что все-таки ему остатки-то? — произнес Каратаев. — Нам подверточки-то принципиальные бы вышли. Ну, да бог Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава с ним. — И Каратаев с вдруг изменившимся, печальным лицом достал из-за пазухи сверточек обрезков и, не смотря на него, подал французу. — Эхма! — проговорил Каратаев и пошел вспять. Француз посмотрел на полотно, задумался, посмотрел вопросительно на Пьера, и будто бы взор Пьера что-то произнес ему.

— Platoche, dites donc, Platoche Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, — вдруг покраснев, кликнул француз писклявым голосом. — Gardez pour vous[73],— произнес он, подавая обрезки, оборотился и ушел.

— Вот поди ты, — произнес Каратаев, покачивая головой. — Молвят, нехристи, а тоже душа есть. То-то старички говаривали: потная рука торовата, сухая непокладиста. Сам нагой, а вот дал же. — Каратаев, вдумчиво Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава улыбаясь и смотря на обрезки, помолчал несколько времени. — А подверточки, дружок, важнеющие выдут, — произнес он и возвратился в балаган.

XII

Прошло четыре недели с того времени, как Пьер был в плену. Невзирая на то, что французы предлагали перевести его из солдатского балагана в офицерский, он остался в том балагане, в который Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава поступил с первого денька.

В разоренной и сожженной Москве Пьер испытал практически последние пределы лишений, которые может переносить человек; но, благодаря собственному сильному сложению и здоровью, которого он не сознавал до сего времени, и в особенности благодаря тому, что эти лишения подходили так неприметно, что нельзя было сказать Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, когда они начались, он переносил не только лишь просто, да и отрадно свое положение. И конкретно в это-то самое время он получил то спокойствие и довольство собой, к которым он напрасно стремился до этого. Он длительно в собственной жизни находил с различных сторон этого успокоения, согласия с самим Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава собою, того, что так поразило его в бойцах в Бородинском сражении, — он находил этого в филантропии, в масонстве, в рассеянии светской жизни, в вине, в героическом подвиге самопожертвования, в романтичной любви к Наташе; он находил этого методом мысли, и все эти искания и пробы все околпачили его. И он, сам не думая Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава о том, получил это успокоение и это согласие с самим собою только через кошмар погибели, через лишения и через то, что он сообразил в Каратаеве. Те жуткие минутки, которые он пережил во время экзекуции, будто бы смыли навечно из его воображения и мемуары тревожные мысли и чувства, до Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава этого казавшиеся ему необходимыми. Ему не приходило и мысли ни о Рф, ни о войне, ни о политике, ни о Наполеоне. Ему разумеется было, что все это не касалось его, что он не призван был и поэтому не мог судить обо всем этом. «России да лету — союзу Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава нету», — повторял он слова Каратаева, и эти слова удивительно успокоивали его. Ему казалось сейчас непонятным и даже забавным его намерение уничтожить Наполеона и его вычисления о кабалистическом числе и зверьке Апокалипсиса.* Озлобление его против супруги и тревога о том, чтоб не было посрамлено его имя, сейчас казались ему не только лишь ничтожны Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, но смешны. Что ему было за дело до того, что эта дама вела там кое-где ту жизнь, которая ей нравилась? Кому, в особенности ему, какое дело было до того, что выяснят либо не выяснят, что имя их пленника было граф Безухов? Сейчас он нередко вспоминал собственный разговор Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава с князем Андреем и полностью соглашался с ним, только чуть по другому понимая идея князя Андрея. Князь Андрей задумывался и гласил, что счастье бывает только отрицательное, но он гласил это с цветом горечи и драматичности. Будто бы, говоря это, он высказывал другую идея — о том, что все вложенные в нас Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава стремленья к счастью положительному вложены только для того, чтоб, не удовлетворяя, истязать нас. Но Пьер без всякой задней мысли признавал справедливость этого. Отсутствие страданий, ублажение потребностей и вследствие того свобода выбора занятий, другими словами стиля жизни, представлялись сейчас Пьеру бесспорным и высшим счастьем человека. Тут, сейчас только, впервой Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава Пьер полностью оценил наслажденье пищи, когда хотелось есть, питья, когда хотелось пить, сна, когда хотелось спать, тепла, когда было холодно, разговора с человеком, когда хотелось гласить и слушать человечий глас. Ублажение потребностей — отменная еда, чистота, свобода — сейчас, когда он был лишен всего этого, казались Пьеру совершенным счастием Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, а выбор занятия, другими словами жизнь, сейчас, когда выбор этот был так ограничен, казались ему таким легким делом, что он забывал то, что излишек удобств жизни уничтожает все счастие ублажения потребностей, а большая свобода выбора занятий, та свобода, которую ему в его жизни давали образование, достояние, положение в свете, что эта Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава-то свобода и делает выбор занятий неразрешимо сложным и уничтожает самую потребность и возможность занятия.

Все мечтания Пьера сейчас стремились к тому времени, когда он будет свободен. А меж тем потом и во всю свою жизнь Пьер с экстазом задумывался и гласил об этом месяце плена, о тех Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава невозвратных, сильных и веселых чувствах и, главное, о том полном душевном равновесии, о совершенной внутренней свободе, которые он испытывал исключительно в это время.

Когда он в 1-ый денек, встав рано днем, вышел на заре из балагана и увидал поначалу черные купола, кресты Ново-Девичьего монастыря, увидал морозную росу Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава на пыльной травке, увидал бугры Воробьевых гор и извивающийся над рекою и скрывающийся в фиолетовой дали лесистый сберегал, когда ощутил прикосновение свежайшего воздуха и услыхал звуки летевших из Москвы через поле галок и когда позже вдруг брызнуло светом с востока и торжественно выплыл край солнца из-за тучи, и купола, и Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава кресты, и роса, и даль, и река, все заиграло в удовлетворенном свете, — Пьер ощутил новое, не испытанное им чувство радости и крепости жизни.

И чувство это не только лишь не покидало его во всегда плена, но, напротив, росло в нем по мере того, как увеличивались трудности его положения.

Чувство это Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава готовности на все, нравственной подобранности еще больше поддерживалось в Пьере тем высочайшим воззрением, которое, скоро по его вступлении в балаган, установилось о нем меж его товарищами. Пьер с своим познанием языков, с тем почтением, которое ему оказывали французы, с собственной простотой, отдававший все, что у него просили (он Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава получал офицерские три рубля в неделю), с собственной силой, которую он показал бойцам, вдавливая гвозди в стенку балагана, с кротостью, которую он выказывал в воззвании с товарищами, с собственной непонятной для их способностью посиживать бездвижно и, ничего не делая, мыслить, представлялся бойцам несколько загадочным и высшим существом. Те же характеристики Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава его, которые в том свете, в каком он жил до этого, были для него если не вредоносны, то застенчивы — его сила, пренебрежение к удобствам жизни, рассеянность, простота, — тут, меж этими людьми, давали ему положение практически героя. И Пьер ощущал, что этот взор обязывал его.

XIII

В ночь Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава с 6-го на 7-е октября началось движение выступавших французов: ломались кухни, балаганы, укладывались повозки и двигались войска и обозы.

В семь часов утра конвой французов, в походной форме, в киверах, с ружьями, портфелями и большущими мешками, стоял перед балаганами, и французский оживленный говор, пересыпаемый ругательствами, перекатывался по всей полосы.

В балагане все Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава были готовы, одеты, подпоясаны, обуты и ожидали только приказания выходить. Нездоровой боец Соколов, бледноватый, худенький, с голубыми кругами вокруг глаз, один, не обутый и не одетый, посиживал на собственном месте и выкатившимися от худобы очами вопросительно смотрел на не обращавших на него внимания товарищей и негромко Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава и умеренно стонал. Видимо, не столько мучения — он был болен кровавым поносом, — сколько ужас и горе оставаться одному заставляли его стонать.

Пьер, обутый в ботинки, сшитые для него Каратаевым из цибика*, который принес француз для подшивки для себя подошв, подпоясанный веревкою, подошел к нездоровому и присел перед ним на корточки.

— Что Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава ж, Соколов, они ведь не совершенно уходят! У их здесь гошпиталь. Может, для тебя еще лучше нашего будет, — произнес Пьер.

— О господи! О погибель моя! О господи! — громче застонал боец.

— Да я на данный момент еще спрошу их, — произнес Пьер и, поднявшись, пошел к двери балагана. В то время как Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава Пьер подходил к двери, снаружи подходил с 2-мя бойцами тот капрал, который вчера угощал Пьера трубкой. И капрал и бойцы были в походной форме, в портфелях и киверах: с застегнутыми чешуями*, изменявшими их знакомые лица.

Капрал шел к двери с тем, чтоб, по приказанию начальства, затворить ее. Перед выпуском Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава было надо перечесть пленных.

— Caporal, que fera-t-on du malade?..[74] — начал Пьер; но в ту минутку, как он гласил это, он усумнился, тот ли это знакомый его капрал либо другой, неведомый человек: так непохож был на себя капрал в эту минутку.

Не считая того, в ту минутку Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, как Пьер гласил это, с 2-ух: сторон вдруг послышался треск барабанов. Капрал нахмурился на слова Пьера и, проговорив глупое ругательство, захлопнул дверь. В балагане стало полутемно; с 2-ух сторон резко трещали барабаны, заглушая стоны хворого.

«Вот оно!.. Снова оно!» — произнес для себя Пьер, и невольный холод пробежал Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава по его спине. В модифицированном лице капрала, в звуке его голоса, в возбуждающем и заглушающем треске барабанов Пьер вызнал ту загадочною, безучастную силу, которая заставляла людей против собственной воли умерщвлять для себя схожих, ту силу, действие которой он лицезрел во время экзекуции. Страшиться, стараться избегать этой силы, обращаться с просьбами либо Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава увещаниями к людям, которые служили орудиями ее, было никчемно. Это знал сейчас Пьер. Было надо ожидать и вытерпеть. Пьер не подошел больше к нездоровому и не обернулся на него. Он, молчком, нахмурившись, стоял у двери балагана.

Когда двери балагана отворились и пленные, как стадо баранов, давя друг дружку Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, затеснились в выходе, Пьер пробился вперед их и подошел к тому самому капитану, который, по уверению капрала, готов был все сделать для Пьера. Капитан тоже был в походной форме, и из прохладного лица его смотрело тоже «оно», которое Пьер вызнал в словах капрала и в треске барабанов.

— Filez, filez[75],— приговаривал капитан Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава, строго хмурясь и смотря на толпившихся мимо него пленных. Пьер знал, что его попытка будет напрасна, но подошел к нему.

— Eh bien, qu'est ce qu'il y a? — холодно оглянувшись, вроде бы не узнав, произнес офицер. Пьер произнес про хворого.

— Il pourra marcher, que diable Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава! — произнес капитан. — Filez, filez[76],— продолжал он приговаривать, не смотря на Пьера.

— Mais non, il est à l'agonie…[77] — начал было Пьер.

— Voulez vous bien?![78] — злостно нахмурившись, кликнул капитан.

Драм да да дам, дам, дам, трещали барабаны. И Пьер сообразил, что загадочная сила уже полностью завладела этими людьми и что сейчас Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава гласить еще чего-нибудть было никчемно.

Пленных офицеров отделили от боец и повелели им идти впереди. Офицеров, в множестве которых был Пьер, было человек 30, бойцов человек триста.

Пленные офицеры, выпущенные из других балаганов, были все чужие, были еще лучше одеты, чем Пьер, и смотрели на него, в его обуви, с недоверчивостью Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава и отчужденностью. Неподалеку от Пьера шел, видимо, пользующийся общим почтением собственных товарищей пленных, толстый майор в казанском халатике, подпоясанный полотенцем, с пухлым, желтоватым, сердитым лицом. Он одну руку с кисетом держал за пазухой, другою опирался на чубук. Майор, пыхтя и отдуваясь, ворчал и сердился на всех за Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава то, что ему казалось, что его толкают и что все спешат, когда спешить некуда, все чему-то удивляются, когда ни в чем ничего нет необычного. Другой, небольшой худенький офицер, со всеми заговаривал, делая догадки о том, куда их ведут сейчас и как далековато они успеют пройти сегодняшний денек. Бюрократ, в валеных Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава сапогах и комиссариатской форме*, забегал с различных сторон и высматривал спаленную Москву, звучно сообщая свои наблюдения о том, что сгорело и какая была та либо эта видневшаяся часть Москвы. 3-ий офицер, польского происхождения по акценту, спорил с комиссариатским бюрократом, доказывая ему, что он ошибался в определении кварталов Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава Москвы.

— О чем спорите? — сурово гласил майор. — Николы ли, Власа ли, все одно; видите, все сгорело, ну и конец… Что толкаетесь-то, разве дороги не достаточно, — обратился он сурово к шедшему сзади и совсем не толкавшему его.

— Ай, ай, ай, что наделали! — слышались, но, то с той, то с другой стороны Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава голоса пленных, оглядывающих пожарища. — И Замоскворечье-то, и Зубово, и в Кремле-то, смотрите, половины нет… Да я вам гласил, что все Замоскворечье, вон так и есть.

— Ну, понимаете, что сгорело, ну о чем все-таки толковать! — гласил майор.

Проходя через Хамовники (один из немногих несгоревших кварталов Москвы Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава) мимо церкви, вся масса пленных вдруг пожалась к одной стороне, и послышались восклицания кошмара и отвращения.

— Ишь подлецы! То-то нехристи! Да мертвый, мертвый и есть… Вымазали кое-чем.

Пьер тоже подвинулся к церкви, у которой было то, что вызывало восклицания, и смутно увидал что-то, прислоненное к Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава ограде церкви. Из слов товарищей, видевших лучше его, он вызнал, что это что-то был труп человека, поставленный дыбом у ограды и вымазанный в лице сажей…

— Marchez, sacré nom… Filez… trente mille diables…[79] — послышались ругательства конвойных, и французские бойцы с новым озлоблением разогнали тесаками массу пленных, смотревшую на мертвого человека.

XIV

По переулкам Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава Хамовников пленные шли одни с своим конвоем и повозками и фурами, принадлежавшими конвойным и ехавшими сзади; но, выйдя к провиантским магазинам*, они попали в середину большого, тесновато двигавшегося артиллерийского обоза, перемешанного с личными повозками.

У самого моста все тормознули, дожидаясь того, чтоб продвинулись ехавшие впереди. С Несколько слов по поводу книги «Война и мир» 7 глава моста пленным раскрылись сзади и впереди нескончаемые ряды других двигавшихся обозов. Вправо, там, где загибалась Калужская дорога мимо Нескучного, пропадая вдалеке, тянулись нескончаемые ряды войск и обозов. Это были вышедшие до этого всех войска корпуса Богарне; назади, по набережной и через Каменный мост, тянулись войска и обозы Нея.


neskolko-dnej-tomu-nazad-ya-poteryala-moego-kota-plutona-chyornij-pitomec-s-beloj-grudkoj-i-lapkami-zelyonimi-glazkami-s-rozovim-nosikom-neskolko-nochej-ya-vgl.html
neskolko-gipotez-kasayushihsya-pomoshi-v-roste-lichnosti-karl-rodzhers.html
neskolko-mifov-o-fruktah-sposobstvuyushih-snizheniyu-vesa.html