Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове

Я не буду гласить тут о том, какую утрату понесла российская поэзия и вся литература в лице Николая Алексеевича; эта утрата всеми уже сознана, прочувствована и оплакана. Не буду я также гласить и об его поэтическом таланте и о наградах его поэзии для российской литературы и жизни: эта награда в общих Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове чертах также оценена всеми по достоинству; для подробной же и всесторонней оценки ее еще не пришло время, так как в текущее время еще очень сильны всякие личные чувства, и в особенности чувство сожаления об утрате поэта, – что, естественно, не может благоприятствовать размеренному, прохладному, объективному, словом, основательному дискуссии. Я хочет тут Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове сказать только несколько слов об уме Николая Алексеевича, об этом светлом и чутком, здравом и практическом уме, который всегда возбуждал во мне удивление.

Да, это был превосходный мозг, которым приемущественно и определялось достоинство поэтических произведений Николая Алексеевича. Это не была конкретная натура, которая всецело отдавалась и подчинялась действовавшим Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове на нее впечатлениям либо определенным явлениям; эти воспоминания не овладевали ею прямо, не настраивали ее известным образом с первого же прикосновения к ней, не возбуждали в ней с первого же мгновения узнаваемых движений и эмоций, не извлекали из нее узнаваемых звуков и откликов, и она отвечала на их Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове не прямо, без подготовительной рефлексии, а только после интеллектуальной подготовки, после обсуждения и вообщем после теоретической рефлективной переработки приобретенных воспоминаний. Поэт следил известные явления, всюду попадавшиеся ему на глаза, известные резко выступающие картины из широкого ландшафта его родины; они не сходу поражали его, не тотчас же зажигали в нем поэтический Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове пожар воодушевления, пламя которого быстро, неудержимо, практически безотчетно и невольно со стороны поэта пробивается наружу и гармонические звуки которого вырываются из уст поэта, при этом рука его невольно просится к перу и бумаге. Нет; он за ранее обдумывал глубоко и всесторонне представлявшиеся ему явления и картины, ассоциировал их с Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове другими схожими им, делал из этого свои выводы, живо проникался своими идеями, которые уже и овладевали всем существом его, возбуждали чувство и производили поэтическое воодушевление. Таким макаром, это воодушевление было не конкретным, а средним, появившимся вследствие рефлексии; его вызвали не самые воспоминания, явления и картины, а те рои мыслей, те Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове думы, которые были возбуждены ими в уме поэта. Выражаясь средством сопоставления, поэт в данном случае был похож не на жаркого, запальчивого человека, который вспыхивает от первого же противного либо досадного слова, произнесенного ему, немедля ощущает обиду, отдается собственному чувству и прямо выражает его словами и действиями, а Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове на человека размеренного и ровненького, который воспринимает противные и досадные слова хладнокровно и, пока не вникнет в их и не обсудит их, не предается эмоциям обиды, которые, но, могут бурно и очень разгореться в нем потом, после рефлексии, может быть даже посильнее, чем у человека запальчивого и обидчивого Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове. – Словом, Некрасов не был фактически лирическим поэтом, творящим и поющим в поэтическом увлечении и воодушевлении, невольно, бессознательно, практически безотчетно, так что сам поэт не знает, что выйдет из его творения и пения, какую сторону изображаемого предмета либо явления оно выставит в особенности ярко и резко, чем конкретно оно произведет собственный эффект, какие Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове мысли оно проводит и вызывает, какие чувства возбудит и какие можно извлечь из него результаты, теоретические либо практические. Некрасов был поэт по преимуществу, если даже не только, дидактический; он творил холодно, продуманно и строго сознательно, с определенной, наперед намеченной целью, с известной тенденцией, в неплохом смысле этого слова; он Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове знал и сознавал идея каждого собственного произведения и мог предсказать, какие мысли оно возбудит в читателе. Лирическое произведение – это, так сказать, сама жива природа, сама реальность, конкретно отразившаяся в поэте; и это отражение фиксируется в узнаваемых поэтических эмоциях либо чувствах, видах, звуках. Это отражение можно рассматривать, следить Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове и учить как саму природу; каждый может черпать из него, что желает и может, что ему по силам, может рассматривать с различных точек зрения и делать свои выводы; и тут вероятны недоумения, перетолкования, разноречия, споры. Обращаясь снова к сопоставлению, может быть и не строго подходящему, можно сказать, что г. Островский, к Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове примеру, рисуя свои картины темного королевства, и в идей не имел того смысла, того значения этих картин, какое присваивал им Добролюбов, и г. Тертий Филипов мог созидать в их совершенно другое[1], а кто-либо 3-ий – еще другое. Относительно дидактических произведений, а в особенности относительно произведений Некрасова Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, не может быть никаких недоумений и недоразумений: идея их до очевидности ясна, цель бесспорна, направления и тенденции их выступают резко до наглядности. Г-н Филипов не может узреть в их ничего подходящего для собственного направления, ничего такового, что было бы не согласно с принятым взором на их, и священник о. Горчаков Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове в собственной надгробной речи мог только с последней натяжкой представить Некрасова своим сторонником[2].

Но уже посреди первых критичных откликов появилась другая, обратная оценка романа. Она принадлежит либеральному критику А. В. Дружинину, написавшему статью "Обломов", роман Гончарова".
Но, по воззрению Дружинина, "зря многие люди с очень практическими рвениями усиливаются презирать Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове Обломова и даже звать его улиткою: весь этот серьезный трибунал над героем указывает одну поверхностную и быстропреходящую придирчивость. Обломов разлюбезен всем нам и стоит безграничной любви".
"Германский писатель Риль произнес кое-где: горе тому политическому обществу, где нет и не может быть добросовестных консерваторов; подражая этому афоризму, мы скажем Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове: нехорошо той земле, где нет хороших и неспособных на зло чудаков в роде Обломова". В чем все-таки лицезреет Дружинин достоинства Обломова и обломовщины? "Обломовщина мерзка, нежели она происходит от гнили, безнадежности, растления и злого упорства, но нежели корень ее таится просто в незрелости общества и скептическом колебании незапятнанных душою Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове людей перед практической безурядицей, что бывает во всех юных странах, то злиться на нее означает то же, что злиться на малыша, у которого слипаются глазки среди вечерней крикливой беседы людей взрослых..."
Дружининский подход к осмыслению Обломова и обломовщины не стал пользующимся популярностью в XIX веке. С энтузиазмом Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове большинством была принята добролюбовская трактовка романа. Но, по мере того как восприятие "Обломова" углублялось, открывая читателю новые и новые грани собственного содержания, дружининская статья стала завлекать внимание. Уже в русское время М. М. Пришвин записал в дневнике: "Обломов". В этом романе внутренне прославляется российская лень и снаружи она же порицается изображением Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове мертво-деятельных людей (Ольга и Штольц). Никакая "положительная" деятельность в Рф не может выдержать критики Обломова: его покой таит внутри себя запрос на высшую ценность, на такую деятельность, из-за которой стоило бы лишиться покоя. Это собственного рода толстовское "неделание".

Дружинин же разглядел обломовщину как явление, «корни которого Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове романист прочно сцепил с почвой народной жизни и поэзии». «Обломов и обломовщина: эти слова не даром облетели всю Россию и сделались словами, навечно укоренившимися в нашей речи. Они разъяснили нам целый круг явлений современного нам общества, они поставили пред нами целый мир мыслях, образов и подробностей, еще не так давно Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове нами не полностью сознанных, являвшихся нам будто бы в тумане» Дружинин А. В. Собр. соч. 7 т. Спб. 1865. С.297. - пишет Дружинин. Обломов дорог ему как тип, как дорог он хоть какому русскому человеку. «Обломова исследовал и вызнал целый люд, по преимуществу обеспеченный обломовщиной, - и не много того, что вызнал, но полюбил Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове его всем сердечком, так как нереально выяснить Обломова и не полюбить его глубоко» Там же.. Дружинин пишет о величавом мастерстве Гончарова, который так много и так глубоко разглядел «обломовщину» не только лишь в её негативных чертах, да и печальных, забавных и милых. «Теперь над обломовщиной можно смеяться, но Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове хохот этот полон незапятанной любви и добросовестных слез, - о ее жертвах можно жалеть, но такое сожаление будет поэтическим и светлым, ни для кого не унизительным, но для многих высочайшим и мудрейшим сожалением» Там же. С. 302.. Дружинин совсем отдалёк от того, чтоб прямо за Добролюбовым именовать Обломова «лишним человеком», критик Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове гласит о том, что сравнение героя романа с «лишними людьми» не входило в задачки Гончарова.

Дружинин со характерной ему чуткостью подмечает все мелкие аспекты развития вида Обломова. Для него совсем разумеется, что: «Между Обломовым, который свирепо мучит собственного Захара, и Обломовым, влюбленным в Ольгу, может, лежит целая пропасть Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, которой никто не способен убить. Как Илья Ильич, валяющийся на диванчике меж Алексеевым и Тарантьевым, кажется нам заплесневшим и практически противным, так тот же Илья Ильич, сам разрушающий любовь избранной им дамы и рыдающий над осколками собственного счастия, глубок, трогателен и симпатичен в собственном печальном комизме. Черты, лежащие меж этими 2-мя героями Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, наш создатель не был способен сгладить» Дружинин А. В. Собр. соч. 7 т. Спб. 1865. С.298.. Конкретно этой пропастью и разъясняется дата 1849 г. В конце первой части, которая условно разделяет роман.

Дружинин гласит о типичности Обломова, которая, в целом, и разъясняет общенародную любовь к нему. Вкупе с создателем романа он отыскивает Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове предпосылки, которые так привязывают сердца читателей к нескладному герою романа. «Не за смешные стороны, не за жалостливую жизнь, не за проявления общих всем нам слабостей любим мы Илью Ильича Обломова. Он дорог нам как человек собственного края и собственного времени, как незлобный и ласковый ребенок, способный, при других обстоятельствах Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове жизни и ином развитии, на дела настоящей любви и милосердия» Там же. С. 312-313..

С любовью и состраданием обрисовывает Дружинин Ольгу, образ которой так замечательно оттенил и дополнил характеристику головного героя романа. Ведь конкретно через отношение Ильи Ильича к Ольге мы до конца осознаем его, ведь «Обломовы выдают всю красота Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, всю слабость и весь печальный комизм собственной натуры конкретно через любовь к женщине» Там же. С. 302.. Их дела весёлые, печальные, различные, неописуемо и много выписаны Гончаровым, Дружинин подмечает их восхитительную нетипичность для художественной литературы. «…до сего времени никто еще из поэтов не останавливался на величавом значении нежно-комической стороны Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове в любовных делах, меж тем как эта сторона всегда была, вечно существует и выказывает себя в большей части наших сердечных привязанностей» Там же. С. 303.. А злосчастную любовь Обломова и Ольги он именует «одним из обворожительнейших эпизодов во всей российской литературе» Там же. С. 304..

Образ Штольца, призванный оттенить Обломова Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, кажется Дружинину излишним, критик считает что Штольц был задуман до Ольги и он бы выполнил свою функцию не будь её. «Уяснение через резкую противоположность 2-ух несхожих мужских нравов стало ненадобным: сухой непризнательный контраст заменился драмой, полною любви, слез, хохота и жалости. За Штольцом осталось только некое роль в механическом Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове ходе всей интриги…» Дружинин А. В. Собр. соч. 7 т. Спб. 1865. С.306..

Дружинин подмечает не только лишь любовь читателей к Обломову, да и любовь самих персонажей к Илье Ильичу. И Захар, и Анисья, и Алексеев, Штольц, Агафья Матвеевна, Ольга, - все «привлечены красотой этой незапятанной и цельной натуры». Каждый персонаж любит Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове его по-своему, но критик завлекает наше внимание к умеренной фигуре Агафьи Матвеевны, которая хотя и стала «злым ангелом» Обломова, лаского и преданно обожала его. «Страницы, в каких является нам Агафья Матвеевна, с самой первой робкой собственной беседы с Обломовым, верх совершенства в художественном отношении, но наш Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове создатель, заключая повесть, переступил все грани собственной обыкновенной художественности и отдал нам такие строчки, от которых сердечко разрывается, слезы льются на книжку и душа остроглазого читателя улетает в область тихой поэзии, что до сего времени, из всех российских людей, быть творцом в этой области было дано одному Пушкину» Там же. С. 307..

Дружинин Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове гласит об обломовщине не как о соц зле, а об особенностях людской натуры, о то общем, что роднит людей и народы. «Обломовщина, так много обрисованная г. Гончаровым, захватывает собою неограниченное количество сторон российской жизни, но из того, что она развилась и живет у нас с необычной силою, еще Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове не следует мыслить, чтобы обломовщина принадлежала одной Рф. Когда роман, нами разбираемый, будет переведен на зарубежные языки, фуррор его покажет, до какой степени общи и всемирны типы, его наполняющие!» Там же. С. 309.. Критик отдалёк и от того, чтоб клеймит обломовщину, как бесспорное зло и порок: «Обломовщина мерзка, нежели она происходит Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове от гнили, безнадежности, растления и злого упорства, но нежели корень ее таится просто в незрелости общества и скептическом колебании незапятнанных душою людей пред практической безурядицей, что бывает во всех юных странах, то злиться на нее означает то же, что злиться на малыша, у которого слипаются глазки среди вечерней крикливой Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове беседы людей взрослых» Дружинин А. В. Собр. соч. 7 т. Спб. 1865. С.309..

И если Добролюбов сначала увидел и точно показал неспособность Обломова к положительному добру, то Дружинин сначала увидел и правильно оценил положительную неспособность Обломова к злу. «Русская обломовщина, потому что уловлена она г. Гончаровым, почти во всем возбуждает Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове наше негодование, но мы не признаем ее гнили либо распадения... Обломов - ребенок, а не плохой развратник, он соня, а не аморальный эгоист либо эпикуреец» Там же..

Защищая настолько милого его сердечку Обломова, Дружинин направляет собственный яростный взгляд на «недостатки современных практических мудрецов», к которым он вне сомнения Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове приравнивает и Ольгу со Штольцем. Рассматривая эпизод, когда они узнав о зазорном «мезальянсе» бегут от собственного старенького друга со словами «всё кончено» либо безучастно наблюдают за грустным состоянием дел в Обломовке (разрешить которые дельцу Штольцу можно в течение нескольких часов), критик не находит оправдания этим «гуманным и образованным людям Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове». Он уверен, случись такая неудача с ними самими, Обломов немедленно пришёл бы на помощь. Пусть неискусно, несуразно, но непременно постарался бы выручить. А Ольга и Штольц со своим «практическим laissez faire, laissez passer (не вмешивайтесь в чужие дела (фр).» бросили Илью Ильича, что в конечном счёте и ускорило его смерть Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове.

Представляется увлекательным разглядеть и художественный стиль критичных произведений Дружинина. Статья начинается с огромного «лирического отступления» он гласит о европейских писателей, ведает смешные истории, подводя читателя к собственной теории «чистого искусства». Он пишет, что «Вседневные, насущные потребности общества легитимны как нельзя более, хотя из этого совсем не следует, чтобы величавый поэт был Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове их прямым и конкретным представителем. Сфера величавого поэта другая - и вот почему никто не имеет права извлекать его из этой сферы» Дружинин А. В. Собр. соч. 7 т. Спб. 1865. С.293.. Отлично зная иностранную литературу, Дружинин повсевременно отсылает читателя к ней, проводит параллели, видя в российском художественном произведении отражение всего мира Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, хлопот всего населения земли.

Писателя Дружинин ассоциирует с художником, а приёмы прозаика сродни приёмам изобразительного искусства. «Сродство г. Гончарова с фламандскими мастерами лупит в глаза, сказывается во всяком виде. Либо для праздной потехи всякие живописцы, нами вспомянутые, громоздили на свое полотно огромное количество маленьких деталей? Либо Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове по бедности воображения они растрачивали жар целого творческого часа над какой-либо травкою, луковкой, болотной кочкой, - на которую падает луч заката, узорчатым воротничком на камзоле тучного бургомистра? Если так, то отчего же они значительны, почему они поэтичны, почему детали их созданий слиты с целостью воспоминания, не могут быть оторваны от идеи Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове картины? …Видно, в нареченных нами мелочах и подробностях таилось нечто большее, чем о том задумывается другой близорукий составитель хитрых теорий. Видно, труд над деталями был нужен и важен для уловлений тех высших задач искусства, на которых все зиждется, от которых все питается и вырастает» Там же. С. 301.. Даже в этих Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове сопоставлениях Дружинин частично полемизирует с Добролюбовым, который мастерство писателя ассоциирует с ремеслом архитектора, чеканщика, имеющим дело с жёстким, сопротивляющимся материалом, тогда как краски мягки и заполнены цветом.

Вообщем Дружинин показал себя и как критик-новатор. Он совсем ушёл в собственных статьях от обычного пересказа сюжетов и Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове подробного, «постраничного» исследования образов. Основное внимание критик уделяет идейно-эстетическому ядру произведения и его нравственным нюансам. Его статьям, в принципе, характерны аргументированные теоретические выкладки и обоснованные выводы.

Как понятно, Гончаров был в высшей степени удовлетворен статьей Добролюбова. «Взгляните, пожалуйста, статью Добролюбова об Обломове; мне кажется об обломовщине - т. е. о Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове том, что она такое, уже больше ничего сказать нельзя. Он это должно быть предугадал и поторопился напечатать до этого всех. После чего критику остается, чтобы не повториться - либо задаться порицанием, либо, оставя фактически обломовщину в стороне, гласить о женщинах» Цейтлин А. Г. И. А. Гончаров. М. 1950. С. 207. . Это Гончаров писал Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове П. Анненкову и все таки просил и его дать собственный отзыв. Потому-то, будучи доволен статьей Дружинина о собственных путных очерках «Русские в Японии», Гончаров очень интересовался и его воззрением об «Обломове».

Потому если гласить в целом, и Дружинин и Добролюбов по меткому выражению А.А. Демченко Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове «предложили дополняющие друг дружку свойства без которых и по сию пору разговор об «Обломове» заблаговременно обречён на неполноту и односторонность» Демченко А.А. Критик и писатель в литературном процессе: Н.А. Добролюбов и А.В. Дружинин об И.А. Гончарове //Критика и её исследователь. Сб. посв. памяти проф. В.Н Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове. Коновалова (1938-1998). Казань, 2003. С. 45-51.

Заключение

Таким макаром, статья А.В. Дружинина об Обломове представляет большую литературно-художественную ценность. Рассматривая отлично от Добролюбова личность Ильи Ильича и общую направленность романа в целом, Дружинин даёт нам возможность посмотреть на, казалось бы, отлично изученное произведение по-другому. Тем паче увлекателен другой взор современника Гончарова и Добролюбова Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове, другими словами человека рассматривающего роман в том же самом историческом контексте.

Интересно и то, что Дружинин, как мы могли убедиться, практически во всех случаях пробует указать на мировое, во всяком случае, на европейское значение российских писателей либо хотя бы на возможность таких сравнений. Критик рассматривает всякое Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове произведение в широком, мировом смысле, проводя параллели, он подымается до общечеловеческой морали, пророча тем российским создателям общемировую славу.

В данной работе мы только немного затронули тему Дружинина-критика и литератора, а меж тем тема эта пространна и не изучена тщательно, что в контексте исследования истории литературы представляется серьёзным недочетом российского литературоведения Несколько слов о Николае Алексеевиче Некрасове. Так как А.В. Дружинин был видным публичным деятелем, профессиональным писателем и узким критиком подробное исследование его творчества одна из насущных заморочек литературы.


nervnaya-regulyaciya-funkcij-endokrinnoj-sistemi.html
nervnaya-regulyaciya-serdechno-sosudistoj-sistemi.html
nervnaya-sistema-bespozvonochnih-zhivotnih.html